?

Log in

СИМВОЛ ТРУПНОГО ПАКЕТА

Несколько смен назад я разжился трупным пакетом - большим черным пластиковым мешком, которым на "скорой" накрывают трупы (а иногда их в него и заворачивают). Для чего? Все просто - я прячу в него рабочую постель, чтобы положить ее в железный шкаф для спецодежды до следующего дежурства. Пакет плотный, постель не пылится и не обтрепывается.

Однако, сегодня я понял, что не только утилитарные соображения заставили меня использовать это мрачное хранилище. На самом деле постель в трупном мешке символически обозначает смерть смерти. Ибо мы читаем каждый вечер в молитве святого Иоанна Дамаскина

"Неужели мне одр сей гроб будет, или еще окаянную мою душу просветиши днем?"

Вот этот гроб я и укрываю пластиковым саваном и погружаю в могилу железного шкафа. Еще несколько суток я отвоевываю у смерти.

И, естественно, что это должно было отразиться в поэзии

ПОДРАЖАНИЕ БОДЛЕРУ

Когда в час утренний, заканчивая сутки,
Я с одра восстаю затёкшею спиной,
Луч солнца бьет в глаза. Но есть одна минутка,
Когда рабочий гул прервется тишиной.

Пора! Пора! Мгновенья очень кратки!
Я пластиковый саван разложу.
Постель свою сворачиваю в скатку
И в черное нутро его ввожу.

И трупный сей пакет, в себе постель скрывая,
Моей рукой в железный спрятан шкаф.
Провернут ключ в замке, как будто двери рая
Архангел закрывает чуть устав.

Мой одр - мой гроб... О, отче Иоанне!
Но я нашел, как обхитрить судьбу:
Постель свою с рабочего дивана
Я в пластиковом хороню гробу.

И смерть мне не страшна. Пусть служит ей могилой
Железный шкаф с провернутым ключом.
Свободен я. И утро с новой силой
Мне жизнь дарует солнечным лучом...
Это было много лет назад.

Отец Ф. прибыл на Восточную Украину из одной из центральных российских епархий. Добрый архиерей предложил на выбор место священника в кафедральном соборе, второго священника у городского благочинного или сельского настоятеля. Отец Ф. избрал село.

Храм был более-менее цел. Да, облупленный, да, нуждающийся в ремонте – но храм, а не развалины. Отец Ф. поселился пока у старушки-прихожанки и стал обдумывать миссионерские планы.

Мрачный мужик остановился возле забора.

- Тут піп живе?
Отец Ф сообразил, что «піп» это значит «поп»
- Да, я священник – важно ответил он – Что Вы хотели?

- Треба бабку поховати.

- Какую бабку? Куда поховать? Деньги что ли спрятать?

- Який же ти піп, якщо не знаєш як ховають?! Звідки таких тiльке беруть?!- мужик сплюнул и направился в сторону трассы.

Потом уже хозяйка растолковала батюшке, что дядька из соседнего села приходил договариваться об отпевании своей матери. Но языковой барьер помешал, и отпевали старушку уже в райцентре, у настоятеля-украинца.

… На Торжество Православия отец Ф. служил торжественную службу и даже возглашал анафему разным зловредным еретикам. Прихожане – все шесть старушек и внучка одной из них - качали в такт головами. Громко пел хор – баба Галина с хутора старалась вовсю.

После службы батюшка подошел к столику, на который прихожанки поставили принесенные для освящения продукты.

О, ужас! Практически во всех узелочках было сало.

- Да вы что! Пост на дворе! Мясо же нельзя…
- То хіба це м'ясо? Це ж сало! Його тiльке в Пост і їдять… Їжте, батюшка, бо Ви який худий
О сходстве Высоцкого и Бродского уже писали. Отмечали даже портретную схожесть. И про патрициев тоже уже писали http://about-visotsky.livejournal.com/97247.html Но дело в том, что текст Высоцкого – это 1969 год, а текст Бродского – 1972. И, думаю, чтол Бродский Высоцкого слышал.

А значит…

А значит, что эти два стихотворения можно расценивать как своеобразную дилогию. Сравниваем.

Высоцкий:
Семейные дела в Древнем Риме

Как-то вечером патриции
Собрались у Капитолия
Новостями поделиться и
Выпить малость алкоголия.

Не вести ж бесед тверезыми!
Марк-патриций не мытарился -
Пил нектар большими дозами
И ужасно нанектарился.

И под древней под колонною
Он исторг из уст проклятия:
"Эх, с почтенною матреною
Разойдусь я скоро, братия!

Она спуталась с поэтами,
Помешалась на театрах -
Так и шастает с билетами
На приезжих гладиаторов!

"Я, - кричит, - от бескультурия
Скоро стану истеричкою!" -
В общем, злобствует как фурия,
Поощряема сестричкою!

Только цыкают и шикают...
Ох, налейте мне "двойных"!
Мне ж - рабы в лицо хихикают.
На войну бы мне, да нет войны!

Я нарушу все традиции -
Мне не справиться с обеими, -
Опускаюсь я, патриции,
Дую горькую с плебеями!

Я ей дом оставлю в Персии -
Пусть берет сестру-мегерочку, -
На отцовские сестерции
Заведу себе гетерочку.

У гетер хотя безнравственней,
Но они не обезумели.
У гетеры пусть все явственней,
Зато родственники умерли.

Там сумею исцелиться и
Из запоя скоро выйду я!"
...И пошли домой патриции,
Марку пьяному завидуя.

Забавно, правда? Патриции соображают на троих, супруга Марка шастает на гладиаторов, Марк понимает, что он опускается, дует горькую с плебеями (даже на войну уйти нельзя – нет войны), уже и рабы хихикают в лицо, и…
И он находит выход. Выход прост – завести гетерочку (на отцовские сестерции), уединиться с ней и исцелиться.
Теперь читаем Бродского:
Нынче ветрено и волны с перехлестом.
Скоро осень, все изменится в округе.
Смена красок этих трогательней, Постум,
чем наряда перемена у подруги.

Дева тешит до известного предела --
дальше локтя не пойдешь или колена.
Сколь же радостней прекрасное вне тела:
ни объятья невозможны, ни измена!

___

Посылаю тебе, Постум, эти книги.
Что в столице? Мягко стелют? Спать не жестко?
Как там Цезарь? Чем он занят? Все интриги?
Все интриги, вероятно, да обжорство.

Я сижу в своем саду, горит светильник.
Ни подруги, ни прислуги, ни знакомых.
Вместо слабых мира этого и сильных --
лишь согласное гуденье насекомых.

___

Здесь лежит купец из Азии. Толковым
был купцом он -- деловит, но незаметен.
Умер быстро -- лихорадка. По торговым
он делам сюда приплыл, а не за этим.

Рядом с ним -- легионер, под грубым кварцем.
Он в сражениях империю прославил.
Сколько раз могли убить! а умер старцем.
Даже здесь не существует, Постум, правил.

___

Пусть и вправду, Постум, курица не птица,
но с куриными мозгами хватишь горя.
Если выпало в Империи родиться,
лучше жить в глухой провинции у моря.

И от Цезаря далеко, и от вьюги.
Лебезить не нужно, трусить, торопиться.
Говоришь, что все наместники -- ворюги?
Но ворюга мне милей, чем кровопийца.

___

Этот ливень переждать с тобой, гетера,
я согласен, но давай-ка без торговли:
брать сестерций с покрывающего тела --
все равно что дранку требовать от кровли.

Протекаю, говоришь? Но где же лужа?
Чтобы лужу оставлял я -- не бывало.
Вот найдешь себе какого-нибудь мужа,
он и будет протекать на покрывало.

___

Вот и прожили мы больше половины.
Как сказал мне старый раб перед таверной:
"Мы, оглядываясь, видим лишь руины".
Взгляд, конечно, очень варварский, но верный.

Был в горах. Сейчас вожусь с большим букетом.
Разыщу большой кувшин, воды налью им...
Как там в Ливии, мой Постум, -- или где там?
Неужели до сих пор еще воюем?

Вот они – и гетера, желающая сестерциев, вот и раб – он уже не хихикает, вроде, и желанное уединение, да и война, похоже прошла мимо…Не с Постумом ли пил Марк у Капитолия?
Да, друзья, это он – Марк-патриций, покинувший Рим, оставивший жену, исцелившийся от запоев и ставший грустным философом. Все осталось где-то там, уже и гетера не радует. Сзади – лишь руины, впереди – холод могилы….Остается только ставить цветы в кувшин…
В стихотворении "Памятник" есть строчка
"К пьедесталу прибив ахиллес"

Комментаторы обычно поясняют ее "ахиллес - ахиллово сухожилие"

Напомню, что стихотворение - героически-протестное: памятник герою оживает, не вынеся глянцевой мертвечины, падает, но

"Из разорванных рупоров все же
Прохрипел я:
Похоже,
Живой!"

Ну, а если не
"к пьедесталу прибив ахиллес"

а так:
"К пьедесталу прибив - "Ахиллес""

Т.е., не прибив к пьедесталу ахиллово сухожилие статуи (да его и невозможно прибить к пьедесталу - оно между мышцами голени и пяткой", а указав на "героичность" памятника (а одновременно на его уязвимость).

Тогда стихотворение звучит совершенно по-иному.
Не просто преодоление мертвости, а изменение предопределенности. Ахиллесу - мифологическому - предопределена смерть от пятки. Мертвый памятник, назначенный Ахиллесом, оживает, вопреки предопределенности, вырывая пятку из камня...

PS: оказывается, на это обращали уже внимание http://about-visotsky.livejournal.com/191099.html Но в фотографии рукописей в одном случае слово "ахиллес" написано с маленькой буквы, в другом - с большой. В авторизированной же машинописной копии стоят кавычки.

Высоцкий знаки препинания ставил не всегда, а вот где находится ахиллово сухожилие, и что его прибить к пьедесталу нельзя, естественно знал. Поэтому идея автора, что упоминание ахиллова сухожилия лучше ложится в образный строй стихотворения, на мой взгляд, неверно. Пятка становится ахиллесовой пятой, удерживающей героя (памятник) в мертвости именно потому, что принадлежит Ахиллесу.

А Ахиллесом - т.е. уязвимым героем - герой "назначен" путем навешивания таблички-ярлыка, для умерщвления. Кстати, обратим внимание на оговорку
"Но с тех пор, как СЧИТАЮСЬ покойным..."

Т.е., не умер, а считаюсь мертвым. И "взял я да умер" - это не рассказ о неизбежной смерти, это намек на "как бы смерть", которую как раз именно это наименование - "Ахиллес" - закрепляет: "ВСЕХ мертвых мертвей"

Поэтому, думаю, что все-таки "Ахиллес"
Бригада реанимации платного отдела скорой помощи выехала в ночь.

Клиенты – молодая супружеская пара – были шумны и настырны. Они с напором рассказывали про несчастного дедушку, умирающего от непонятной болезни в дебрях Тверской области на родном сеновале. На робкие попытки диспетчера перенести вызов на утро, клиентка жестко пригрозила разборками у главного врача. Сумма их не пугала.

- И только реанимацию! Дедушка в очень тяжелом состоянии! – непреклонно вещала дама.

Почему нужно было тянуть до ночи, если дед болел уже неделю, было непонятно никому, но воля клиента – закон. Значит, надо ехать. Хотя и очень не хочется.

Доктор Гарик тяжело поднялся с койки и взял коммуникатор:

- Нет, никаких родственников в ту сторону! А если «авто»? Не положено! Обратно – да, если состояние позволит, кого-нибудь возьму!

Гарик шипел, как разъяренный кот. Фельдшера Равиль и Виталик были поспокойней, но ехать не хотели и они. Только водитель Димон радовался возможности всласть погонять по пустым дорогам.

Родственники поехали на своем «Кайроне». Желтый реанимобиль тоже плавно тронулся с места…

Дорога, как ей и полагалось, вилась серою лентой. Димон давил на газ. Гарик спал на носилках, Равиль дремал в кресле. Виталик сидел рядом с водителем, напевая веселые песенки, дабы Димон не уснул. Он уже спел «Владимирский централ», «Подмосковные вечера», еще пару десятков песен, и уже начал задорное музыкальное повествование про резинового ежика. На востоке занималась заря….

… Навигатор показывал, что надо повернуть направо, но направо было только поле и кусты. Димон затормозил.

- Ну и что будем делать?
- Дозваниваться до родни!

Телефон не брал. Приходилось ждать родственников на шоссе.

Они появились достаточно скоро, однако мужчина вышел из машины, и сказал водителю:

- Дождь прошел! Вы там не проедете. Мы поедем, привезем дедушку сюда.

Кайрон свернул в поле и скрылся в кустах. Над полем стелился утренний туман.

Трава зашевелилась, и два горящих глаза уставились на невиданный в этих краях реанимационный Мерседес. Раздалось рычание и к дороге вышел здоровенный алабай с вздыбленной шерстью. Алабай стоял напротив боковой двери в боевой стойке. Бригада с ужасом смотрела в окно.

В траве что-то зашуршало. Алабай и ухом не повел, но было ясно, что нечто удивительное – рядом.
Да, оно было рядом. Тень, размером с подушку, выползала из травы в утренних сумерках

- Бобер! – с ужасом произнес Равиль.

Но это был вовсе не бобер. Из травы вылез огромный еж и занял позицию рядом с алабаем. Уже четыре пары глаз внимательно наблюдали – не откроется ли дверь.

В полной тишине прошло около получаса. Какие-то тени – видимо, летучие мыши – проносились над машиной. Тяжело ухнула сова. Еж и алабай продолжали стоять.

Лучи утреннего солнца появились на горизонте. Из кустов вышел серый конь и медленно пошел по траве в сторону реанимобиля. Конь безмолвно приближался все ближе, уже были видны его горящие безумные глаза, раздувающиеся ноздри, огромные желтые зубы… Ужас сковал медиков..

Вдруг конь развернулся и поскакал назад в кусты. Трава поглотила ежа и алабая. Где-то вдали послышался петушиный крик. Морок закончился.

…Из кустов выехал Кайрон. Дедушку доставили в целости. Конечно он не умирал, и умирать не собирался, но диарея у него была, поэтому 2 инфекционная больница стала конечным пунктом маршрута.

Обратно ехали в полном молчании. И только на подстанции Виталик сказал:
- А знаете, ребята, о чем я думаю?
- О чем? – спросил Гарик
- Хорошо, что не пришел медвежонок…
В продолжение прошлого поста про скорую помощь

Итак, в моей заметке часто встречалось словосочетание «отдел госпитализаии», который выдает или выдает наряды. Что же это за зверь такой?

Отдел госпитализации, хотя административно и является отделом ССиНМП им. А.С. Пучкова, на самом деле занимается учетом и распределением коечного фонда всех учреждений Департамента Здравоохранения г. Москвы. Именно туда каждое утро стекаются сводки из всех больниц, именно туда звонят больничные администраторы при перегрузе с просьбой «закрыть» больницу.

Исходя из этого знания, отдел распределяет потоки поступления пациентов. Именно с диспетчером этого отдела связывается бригада СМП, когда больной нуждается в госпитализации. Диспетчер вводит в компьютер данные о больном, диагноз и программа выдает стационар. Критериев выбора несколько (по 388 приказу) – диагноз (профильность), заполненность больницы и время доезда до больницы. .Именно поэтому практически не учитываются пожелания пациента.

В чем суть этой программы? Пациент вносится в базу данных, больница обязана его принять не просто для осмотра, но, если больной нуждается в госпитализации, то госпитализировать. Даже если за время, пока больного везли, больница переполнилась, то для пациента, введенного в базу, место найдут. Оно как бы резервируется. Это и называется на скоропомощном слэнге – «получить наряд на госпитализацию» (раньше это был специальный номер наряда, который писали в сопроводительных листах рядом с номером наряда-вызова).

Что же с коммерческой скорой?

Коммерческая скорая этот наряд не получает, т.е. в базу данных пациент не вносится. Диспетчер отдела госпитализации, безусловно, скажет бригаде –в какой ближайшей больнице есть места по данному профилю, но если за время доезда больница переполнилась, то пациента после осмотра запросто могут отправить в другой стационар. Редко, но бывает. И тогда получится, что деньги Вы заплатили за доставку в Склиф, а окажетесь в 68 больнице.

Реанимационного больного, конечно, не отправят. Но вот тут коммерсанты и сами могут отказаться везти тяжелого пациента в никуда. Потому что за доставку без договоренности и без наряда можно получить серьезные проблемы от Департамента Здравоохранения. Или за это с родственников потребуют дополнительные и немаленькие деньги.


Но это, к сожалению, далеко не все проблемы, которые есть у коммерческой скорой.

Дело в том, что коммерческая скорая помощь – дело малорентабельное. Когда-то – когда для получения лицензии требовался санитарный автомобиль и документы пары медработников - да, это было выгодно Сейчас требуется очень многое – и машины, и оборудование, и помещения… А деньги у населения не безграничные.

Что сделать, чтобы корова больше давала молока и меньше ела? Правильно! Ее надо больше доить и меньше кормить! Так и поступают многие хозяева. Поэтому на большинстве коммерческих скорых Москвы зарплата существенно ниже, чем на городской. Там, где выше или такая же – чаще всего, это подразделения крупных коммерческих многопрофильных клиник. И то – их сейчас сокращают нещадно.

А что это значит?
А это значит, что работают там часто люди, которых по каким-то причинам не берут на скорую городскую. Или попросили оттуда. Нет, есть несколько контор, специализирующихся на реанимационных перевозках, в которых костяк – стационарные реаниматологи. Но и там бывают накладки. А есть такие (и много их!), где один и тот же фельдшер едет на первый вызов как кардиолог, на другой – как невролог, а на следующий – как педиатр. Реанимационные перевозки они обычно не берут, а вот простые скоропомощные вызова – запросто. А там могут быть не только гипертонии, но и инфаркты с инсультами. Кстати, наркотиков и приравненных к ним веществ у многих коммерсантов тоже нет (а кое у кого и с аппаратурой большие проблемы). Информация для участников программ ДМС – страховая реально не знает, кого контора направила на вызов.

Кстати, бригады ОПМУ городской Станции (хоть там и наркотики есть, и аппаратура, и работают вполне адекватные люди) на первичные вызова от населения не выезжают – только ДМС, а от населения – лишь транспортировка больных, хоть обычных, хоть реанимационных Так что вызов коммерческой скорой – всегда лотерея.

И еще один момент, дорогие владельцы полисов ДМС – внимательно читайте условия договора: прописана ли там экстренная госпитализация или нет. Потому что если не прописана, то в Москве страшного ничего нет – отвезут коммерсы в городскую больницу, или вызовете обычную скорую для этого же самого. А вот если вы – подмосковный житель и вызов к вам домой, то увы! В лучшем случае ждет вас ваша родная ЦРБ.

Так что еще раз желаю вам – не болейте, дорогие друзья!
Дорогие друзья!

Сегодня утро началось с неприятного сообщения – одна из френдесс попала в больницу в Красногорске, там ее не лечили, она сбежала и долго мыкалась, катаясь на такси по разным московским больницам.

Сейчас все хорошо, но чтобы это не повторилось – даю информацию о том, как себя вести, если заболел в Москве или окрестностях (естественно, речь не о температуре 37,3 и не о головной боли после дачных шашлыков).

Итак, первое и основное правило – за МКАДом жизни нет.

Нет, если Вы- рублевский олигарх, то для Вас она есть. Но тогда Вы вряд ли нуждаетесь в моих советах. Все остальные должны запомнить этот постулат и повторять его как мантру: « За МКАДом жизни нет… жизни нет… жизни нет… жизни нет…»

У Вас, конечно, могут быть прекрасные знакомые врачи, работающие в подмосковных больницах. Но когда вас ночью прихватит некая боль, то выяснится, что в этой больнице нет дежурного УЗИ/КТ/ лаборатории … чего угодно.

Мораль – надо попасть в Москву, хоть тушкой, хоть чучелом.

Опять же, если Вы – дочка Рокфеллера, то проблема решается просто. Вы звоните в любую коммерческую скорую, и она везет Вас в коммерческую больницу. Хоть из Москвы, хоть с дачи, хоть из леса. Не обязательно в чисто коммерческую. Чаще всего это будет какая-то клиника федерального подчинения, работающая в системе платной помощи.

Но это дорого.

Значит, добираетесь сами до административной границы Москвы и оттуда вызываете скорую помощь. Обычную, по телефону 103. Она Вас гарантированно отвезет в московскую больницу (если Вы, конечно, нуждаетесь в госпитализации). В любом случае, возможностей у московской больницы больше.

Но есть нюанс. Скорая (хоть с улицы, хоть из дома) возит по разнарядке отдела госпитализации, а не по желанию клиента. Пытаться подкупить бригаду бессмысленно – она это не решает. Более того, во многих случаях бригада запрашивает место автоматически. Если у Вас есть какие-то веские причины не ехать в эту больницу, или, наоборот, поехать в другую – Вы можете их озвучить, а сотрудник скорой может их озвучить в отдел госпитализации. Но далеко не факт, что будет по-Вашему.

Поможет ли Вам коммерческая скорая? Очень условно. Если у Вас договоренность с конкретной больницей – да, конечно, отвезут за милую душу. Тут даже с дачи уезжать не надо – вызывайте. Были бы деньги. А уж из Москвы – тем более.

А вот если договоренности нет – то могут возникнуть проблемы. Нарядов на госпитализацию теперь коммерческим скорым не дают, поэтому госпитализируют они на свой страх и риск. Иногда у них есть договоренность с администрацией больницы, но чаще нет. И сказать, что в больницах им очень рады, нельзя. Ну, и их больным соответственно.

А зная это отношение, многие коммерческие бригады будут морочить Вам голову, что в госпитализации Вы не нуждаетесь. Или попросят дополнительные деньги…

Можно приехать в больницу самостоятельно. Это называется «самотек». Принять обязаны. Но тут тоже есть подводные камни.

Во-первых, приезжать надо в ту больницу, где есть профильное отделение. Та моя френдесса потеряла кучу времени и мучилась от болей, потому что с урологической проблемой поехала в Склиф. А в Склифе урологии как раз и нет. Там много чего нет: гнойной хирургии, урологии, терапии, эндокринологии… Хотя Склиф самотеки по профилю принимает как раз без проблем.

И вот это и есть «во-вторых». Во многих больницах самотекам, даже профильным не рады. Там есть сложности с оформлением, поэтому часто их стараются выпихнуть. На всякий случай телефон дежурного по Департаменту Здравоохранения Москвы – 4992518300.

Опять же, надо помнить, что скорая нужна не всегда. Всякие температуры, кашли, подъемы давления, радикулиты и прочее – это неотложка. Едет дольше, но там всегда врач. Совет даст, первичное лечение посоветует… А на скорой часто фельдшер. Неотложка сама не госпитализирует, но если больной нуждается в госпитализации, врач вызовет бригаду скорой помощи.

Ну, а если все же попали в подмосковную больницу? Или, не дай Бог, в другой области?
Если Вы – москвич, то все просто. С выпиской ваши родственники едут по адресу 1 Коптельский переулок, дом 3. Это Станция скорой помощи г. Москвы. Там на 1 этаже справа до будки охраны в кабинете 128 находится ОТДЕЛ ПЛАТНЫХ УСЛУГ. Круглосуточно. Можно не ехать, а позвонить – 4956204040. Оформить вызов, и за не очень большие деньги (от 8000 р, в зависимости от расстояния) вас транспортируют в московскую больницу (пожелания учитываются). В отделе есть реанимобиль, педиатрическая и пять линейных бригад. Кстати, по Москве транспортировку отдел тоже осуществляет, тогда цены ниже.

Можно ли вывезти другими коммерческими службами? Да, конечно, но… см. выше. Им наряд не дают. Да и дороже, как правило.

А можно ли бесплатно?
Да, конечно, если получите документ, в котором больница напишет, что возможностей лечить Вас у них нет. Нет специалистов нужного профиля, каких-то методов.. С бумагой этой Вы тоже идете на Станцию, но уже не в ОПМУ, а к зам.главного врача или дежурному администратору. Бригаду скорее всего направят на следующие сутки, хотя бывают и исключения.
Но имейте в виду, что если, к примеру, у Вас инфаркт миокарда, а в этой загородной больнице стоит установка для коронарографии, то неважно, что врач-совместитель работает на ней только по субботам – такую справку Вам не дадут: по всем бумагам КАГ у них производится.

Ну, а если Вы не москвич?
Тогда нужна договоренность со стационаром. А дальше... все по накатанной.

Так что не болейте, дорогие друзья!

НУЖНА ПОМОЩЬ

Оригинал взят у fater_varus в НУЖНА ПОМОЩЬ
Мы смогли с помощью благотворителей подготовить все для похода ребят по следам Алтайской Духовной Миссии. Слава Богу!

Осталась одна проблема,которую мы сможем решить только с вашей помощью. Начаты работы по прокладке в храм водопровода. Если мы сейчас их остановим,то все отложится на неопределенный срок, а лето на Алтае короткое. Нужно на сегодня 4500р. Это чтобы мы смогли не останавливать работу.

Реквизиты:
Яндекс-кошелек: 41001384808069
Карта Сбербанка 4276380021840306

Водитель Рыжиков был стар и толст. Он был классическим скоропомощным водителем – никогда не торопился, постоянно ворчал, пил чай из китайского термоса и знал проезды через все окрестные помойки…

Кстати, о помойках. Была у Рыжикова одна, но пламенная страсть. Попав куда бы то ни было, он находил помойку, и тащил оттуда любую железяку. Железяки он эти любовно складывал в железный гараж на пустыре в долине речки Сетунь, и накопилось их там столько, что поставленный когда-то туда «Москвич-401» не то, что вытащить – увидеть было нельзя. Но, собственно, Рыжикову это и не требовалось – жил он неподалеку от подстанции, а досуг его был прост и незамысловат – домино и совместное распитие спиртных напитков в компании таких же пенсионеров во дворе кунцевское пятиэтажки.

Работу свою Рыжиков выполнял без огонька, но честно. Но было то, что он ненавидел всеми фибрами своей души. А, может, и жабрами… Не любил он дежурства на стадионах, пляжах и прочих местах общего пользования, ибо помойки в них никакого интереса для Рыжикова не представляли. Железяки на них не выкидывали, а если и выкидывали, то шустрые дворники все быстро прибирали в свои закрома…

,Молодой фельдшер Пашка-«Занзибар» давно планировал эту акцию. Он долго подлизывался к старшему фельдшеру Евгении, чтоб его поставили на бригаду одного. Потом он активно соблазнял по телефону унылую диспетчершу с Центра, которая должна была совпасть в этот день с ним. Перед дежурством он попросил соседку Неониллу Аполлоновну, чтобы она поставила свечки в храме, куда она ходила ежедневно и Николаю Угоднику – покровителю моряков, и Макарию Египетскому (о нем он слышал от той же соседки) как покровителю песков (Египетский ведь), и Пантелеймону-целителю – патрону медиков, и Илье-пророку, как молитвеннику за всех, кто на колесах и организатору гроз и дождей… Вернее, Илье-пророку полагалось две свечки – одну за успех предприятия, а другую – чтобы не было дождя. Пашка хотел урвать дежурство на пляже в Серебряном Бору. Смысл этого действа был двойной – во-первых, возможность купаться весь день, во-вторых – отсутствие вызовов. Обращений на пляже в будний день было мало, точнее сказать, их практически не бывало, но дежурства назначались на всякий случай.

Выходя на сутки, Пашка сделал все, как надо – три раза плюнул через левое плечо, перекрестился на икону святых апостолов Петра и Павла, подаренную все той же Неониллой и, на всякий случай, подложил пятак под пятку, хотя это вроде относилось к экзаменам. «Хуже не будет» - подумал Пашка.

На подстанции Пашка нашел себя в раскладке на день. Он стоял один на 11 бригаде с водителем Рыжиковым. Конечно, Рыжиков, это не самый классный напарник, лучше было бы работать с молодым веселым евреем Борькой Буничем (Борька возил с собой гитару, пел забавные песенки и с ним запросто можно было закадрить каких-нибудь девчонок), но Рыжиков так Рыжиков. Пашка получил в диспетчерской карту с нарядом в Сыр-Бор и пошел звать Рыжикова…

Рыжиков Пашкиных надежд не разделял. Купаться он совершенно не хотел, хотя день обещал быть жарким, а вот перспектива целый день простоять на пляже вдалеке от вожделенных помоек его активно возмущала. Занзибар пытался расшевелить его картинами девок в купальниках, но Рыжиков был кремень – судя по всему, в купальнике он мог представить только свою Марь Степановну, дефилирующую по даче в нижнем белье. А это, похоже, не вдохновляло даже его.

На пляж прибыли вовремя, успев заехать за квасом. Пашка, осмотрев место дислокации и оценив отсутствие отдыхающих, быстро разделся и лег загорать. Рыжиков, в клетчатой рубахе и шляпе мрачно прогуливался вокруг машины.

Часам к одиннадцати солнце начало припекать уже сильно, и Пашка, хлебнув кваску, решил окунуться. Вода была приятно-прохладная, .Пашка плескался как молодой дельфин. Он доплыл до крылатского берега, вернулся назад, понырял с то ли ветлы то ли ивы, склонившейся над берегом.

Дальше планировался заплыв на спине. Пашка лег на спину и начал отрабатывать технику плавания без рук, без ног, вдоль и поперек реки. Случайно взгляд его упал на берег…

Машину «скорой помощи» видно было плохо. Но зато хорошо было видно открытый задний люк «Рафика» с красной поперечной полосой.

«Беда! Кого-то грузят! А я тут плескаюсь… Падла, Рыжиков, не позвал… Илили позвал, да я не слышал… Скандал будет!» - Пашка красивым кролем рванул к берегу.

Рафик заехал в песок достаточно глубоко. Задний люк был открыт. Сзади Рыжиков, шумно отдуваясь и вытирая пот, соковой лопатой грузил песок в чрево автомобиля. …

ИЗ ЖИЗНИ ВОЛХВОВ

Это просто воспоминания. Никакой назидательности в этой истории нет.

Мы ехали с дурацкого вызова.

Мы – это реанимационная бригада. Элита московской скорой, как говорил когда-то главврач Каверин, снятый в начале перестройки за злоупотребление служебным положением. С тех пор, с каждым новым главврачом, элитарность бригады все уменьшалась. Поэтому и вызов, с которого мы возвращались, и был дурацким – полечили старушку от остеохондроза.

Загудел коммуникатор.
- Ну, вот, еще какая-то хрень – вздохнул фельдшер Андрюха.
Андрюха был фельдшер не простой, а реанимационный. . Отец троих детей, между прочим. За плечами – спецназ ГРУ, чеченская кампания, затем труд в частной военной компании – охрана нефтяных промыслов то ли в Африке, то ли в Азии. И виртуозное владение ножом. Инструктор ножевого боя в каком-то подмосковном центре МВД. Или не МВД…

- Дай-ка гляну! – второй фельдшер Леха взял коммуникатор, на котором вызов в этот момент как раз и высветился. – Да нет, похоже – не хрень! Ребенок, клиническая… (имеется в виду повод – «клиническая смерть»)

- Сколько ребенку? – начал было я, но тут раздался звонок. Звонила старший врач.

-Ой, пожалуйста, побыстрее, там ребеночку 2 дня, там уже «пятерка» (педиатрическая бригада) качает

Да, два дня – это не шутка. Откуда он такой дома взялся? И вот интересно, а если бы мы до сих пор у бабки сидели – что бы они делали? – подумалось мне.

Через три минуты реанимобиль затормозил у подъезда. Вместе с нами в лифт влетел запыхавшийся милиционер.

- Тоже к младенцу? Они его вообще уже похоронили… а потом оживили вроде…. – старлей тяжело отдувался, и, похоже, готовился стать нашим пациентом

Дверь в квартиру была открыта. Дико несло какими-то восточными благовониями. В комнате забилась на кровать худенькая женщина в ночной рубашке, мужик с искаженным злобой лицом бегал по комнате, на столе лежал цианотичный младенец, которого «качала» тетка-педиатр с испуганными глазами. Рядом стояла растерянная фельдшерица.

Накинув электроды, мы увидели редкий синусовый ритм. Самостоятельного дыхания не было. Собственно, интубировать новородка – дело простое, проблема упиралась в отсутствие детского аппарата ИВЛ – уж больно мелкий был ребеночек. Выручила детская Амбушка, которую подключили к кислороду. Как ставить детям подключичку руки еще помнили, атропин, допмин… Ребенок порозовел, но зрачки оставались широкими и без реакции на свет.

Папаша злобно ругался и на педиатров и на нас. Взгляд упал на стену, на которой красовались рунические письмена. На книжной полке стояли какие-то фигурки. Педиатр пропищала
- Они дома рожали, а сегодня обнаружили, что ребенок умер…

- Как обнаружили?
- Да богам своим молились, глядь – а ребенок не дышит! – фельдшерица подала голос – Мы приехали – вообще, труп – трупом…

У меня за спиной раздалось рычание. Андрюха вытащил нож и, со стеклянными глазами, пошел на отца-язычника

- Убирай отца на кухню! – заорал я менту – Андрюха, бросай нож, атропин! Сердце встает!

Андрей включился «Ненавижу!сволочи, сколько детей погубили!» - бормотал он, набирая атропин. Леха продолжал качать младенца.

Собственно, историю нам удалось вытащить с трудом. Пара язычников, отец – какой-то то ли жрец, то ли – колдун, в общем – волхв, мать на учете не стояла, рожали дома на 36 неделе с такой же языческой повитухой, утром ребеночек был синеватый, принесли жертву каким-то духам, после дневного сна ребенок не проснулся. Приехавшая педиатрическая бригада констатировала смерть, сообщили на Центр.

Дальше отец вырвал телефон, затребовал другую бригаду и сам начал реанимацию. Испуганные медики включились и вызвали нас на клиническую смерть. Мы приехали.

Ребенка мы госпитализировали в реанимацию, но, к сожалению, через сутки он умер. Порок развития легких. С язычниками долго разбирались, но так все и закончилось ничем. А вот педиатр уволилась. Ушла в поликлинику.

Profile

толстый кот
father_kot
Папа Кот

Latest Month

February 2017
S M T W T F S
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728    

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by Tiffany Chow