?

Log in

Previous Entry | Next Entry

НОЧЬ ПЕРЕД РОЖДЕСТВОМ
(Отрывок из «Путешествия Онегина»)

***
Вокруг бескрайныя равнины,
Шлагбаум, будка, инвалид…
И воздух вольной України
Уже Онегина пьянит.
Соломою покрыты хаты,
Над гаем тучи воровато
Крадутся, видимы луной.
Окно в хатыночке одной
Горит. Веселая хозяйка
Двенадцать страв на стол несет.
Сидит кузнец – горилку пьет.
Онегинская таратайка
Затормозила возле них.
Онегин вылез и затих.

Вот сочиво в огромной плошке
На стол хозяйка принесла.
Потом вареники с картошкой
Для украшения стола.
Вот каша пшенная с подливой,
Буряк… Онегину на диво
Из кукурузы колбаса.
Евгений слышит голоса,
Но… мови він не розуміє …
Несет девица голубцы,
Капусту, хворост, огурцы,,
Потом салати трав’яніє,
Кувшин богемского стекла
Затем с узваром принесла.

И, наконец, борща кастрюлю
Достала девка из печи.
И говорит она Вакуле:
«Хочу в Рождественской ночи
Я черевички от царицы!
Мол – обернись стальною птицей,
Слетай к царице во дворец,
И я с тобою под венец
Пойду прям через две недели.
Ты меня любишь – или нет? »
«Конечно – да!» - такой ответ
И вы бы дали, в самом деле,
Когда красотки взор зовет…
Плевать, что ты – не самолет!

На двор пошел кузнец Вакула,
Чуб посекундно теребя,
Обмозговать посредством стула,
Как в Петербург снести себя.
И тут он видит – у окошка
Припорошен снежком немножко
Стоит какой-то господин
В цилиндре, фраке – и один!
«Дивись - моськалік. От, чортяка!
Дорогу знаешь во дворец?
Что нет? Тогда тебе – конец!»
И – хвать его за фалды фрака.
Он на Онегина залез
И возгласил: «Ну, трогай, бес!»

Что делать бедному повесе
Когда кузнец на нем сидит..
Он разбежался – и над лесом
Взмыл в небо, словно «Мессершмит»
Где Петербург – он знает твердо.
И никакая держиморда
Его не схватит за дуэль.
Опять обрел Онегин цель…
Летит он над Балтийским морем,
Уже под ним Нева видна…
Воспрял Вакула ото сна,
В патриотическом задоре
Воткнул жовто-блакитний стяг
Где потерял единство фрак.

Онегин пятою колонной
Стоит у Зимнего дворца.
Полетом чудным упоенный
Он ожидает кузнеца.
Вакула шарит в гардеробах
Где ж тапки? – ведь любовь до гроба!
Вот два хрустальных башмака.
Вакула быстро, в два прыжка,
Нырнул в открытое окошко.
Онегин заложил пике,
Вакулу подхватил в прыжке,
И, полетав совсем немножко
Над градом юности своей
Ушел в Полтаву поскорей….

***

Вакуле Женя стал подельник.
Сожрав двенадцать постных блюд,
Горилку хлещет он в сочельник,
Как из оазиса верблюд.
Уж не нужна краса-Оксана,
Когда на каждого пол-жбана.
Она, оставив мужиков,
Читает книгу "про лубофф".
Такое Ксюше не впервые -
У ней есть батька и братьЯ.
Да что скрывать... ведь даже я...
Там близ Диканьки все такие:
Способны выпить пол-ведра -
И не болит башка с утра.

Онегину наутро грустно.
Но водружается на стол
Гусь, фаршированный капустой,
К нему козацкий разносол.
Еще - карпатские галушки,
Копченые свиные ушки,
Кровянка, сало трех сортов
(И опохмел уже готов).
Вот борщ с тремя сортами мяса.
Никак Онегин не поймет
Как сами ловко лезут в рот
Разнообразные колбасы.
И это - стол на трех персон!
То ль это явь - то ль это сон!